Душа пела соловьем

8 октября 1993 года
пятница
10-05

Душа пела соловьем и танцевала краковяк. Бизнес «Промы Импэкс» уподобился лавине. В первое мгновение – легкий шепот снежинки ни о чем, а потом – хрясь! берегись все живое! всесокрушающий вал ломит дерева под корень, сметает и крошит в пыль. Switchblade 327, гори все огнем!

Бухло от поляков продавалось влёт, склад пустел за неделю. Собранные «Горизонтом» деньги отбились в два конца за сорок дней. Повалил народ с предоплатой. Дюжина постоянных клиентов оплатила спирт, вчера пересекший польско-белорусскую границу. Готовы ждать неделю, лишь бы оказаться первыми на выдаче. Один из предоплатчиков заверил, что если не обосремся, подтянет к ноябрю серьезных ребят, денежных. Новый год не за горами, в легкую проплатят по три фуры бухла.

Владельцы оптовых баз помнили прошлогодние перебои с алкоголем и, чтобы не получить в канун Нового года пустые склады, готовы авансировать декабрьские поставки.

Мы были новичками, случайно оказавшимися на вершине горы. Прошлый год не застали, поэтому с авансами не морочились, шустрых просили обождать, есть проблемы, о которых знать не следует. Пообщаемся ближе к делу. Неизвестно, что будет со страной после парламентского бунта. Может, придется «Буратиной» с «Колокольчиком» торговать.

«Спокойствие, только спокойствие!» – заявляли мы, чувствуя, что намечается запара. Новый год – это не день студента под «Москворецкое пиво» на скамейке. Это торжество и празднество! Половозрелый гражданин обязан употребить набор спиртных напитков в ассортименте из импортных бутылок с цветными этикетками. Половозрелых граждан в Москве и пригородах – прорва!

Встречать предновогодний ажиотаж впятером – безумие. Хорошо, Жорик подсуетился с помещением. С его слов, в «Металлснаб» можно въезжать в любое время и расширяться до бесконечности. Поклялся, что договоренность достигнута железобетонная! Предупредил, что понадобится денька два, зафиксировать договоренности на бумажках. Мало ли…

Я не возражал. Подготовка офиса могла занять неделю и затягивать не хотелось. С ребятами устроил мозговой штурм: «Как переезжать».

Доверили дела Оксане, спустились в «Терем», заказали по двойному эспрессо с мороженым, задумались... начали кидать идеи.

Закрывать торговлю на Калязинском неразумно. Надо открываться в «Металлснабе» параллельно и переезжать постепенно. Я становлюсь боссом в новом офисе, Юрик главбоссом в старом.

Хорошо пошло! Определились с терминами. Офис в Калязинском отныне именуется «сараем», офис в «Металлснабе» – «конторой». Потом на пальцах раскидали, кому ехать в контору. Выпало Пашке. Сообразуясь с раскинутым, расписали последующие шаги.

Паша находит в общаге толкового старшекурсника, передает ему накопленные знания и отправляет в сарай общаться с клиентами. Вовка тоже не дремлет, находит в общаге другого старшекурсника, физически развитого, делится сокровенными знаниями о складском учете и обороте, после чего отправляет в контору заведовать ангаром. На том и порешили.

Я сел за руль и с Василичем отправился в ВычМех. Надо Жорику доложить о решениях и договариваться с руководством «Металлснаба» о переезде.

Доехал без замечаний со стороны Василича. Не успел машину припарковать, как тот сорвался с пассажирского места. Поспешил к Жорику с докладом, что Роман Викторыч – молодец, вылитый Найджел Манселл, готов рулить. Не терпелось Василичу пересесть за руль солидной тачки. Жорик подзуживал пенса, что махнет «Буцефала» на «шестисотый», а там «ноблес оближ, шоффё драйвин лимо е тэ сэ».

Впрочем, Василич был мужик правильный, с самого начала не темнил и не мутил. Предупредил меня и Жору, что гнать не будет. Дело серьезное. Как бы то ни было, неподготовленного Романа Викторовича на дороги общего пользования не выпустит, хоть нобли, хоть оближи. Надо удостовериться, какой из меня водитель-ас.

Сегодня Василич убедился, что рулю я мастерски, не отвлекаясь и вписываясь. Я тоже преисполнился уверенностью. Трех дней хватило, чтобы почувствовать себя бывалым водилой.

Пока парковал «Торус» на стоянке ВычМеха – семь потов сошло, езда задним ходом не давалась – нарисовались Жорик, Василич и Вадим.

Они подняли крышку капота «Буцефала», постояли, посмотрели. Василич что-то подергал. Вадим стоял истуканом. Жорик, постояв истуканом, развернулся и направился ко мне. Я как раз из машины выходил с чувством глубокого удовлетворения после парковки, закончившейся удачей. Дверцу захлопнуть не успел, а Жорик вывалил кучу информации.

Пункт первый – с дивидендами вопрос решен. Важных акционеров удовлетворили; мелким вернули стоимость акций по курсу – сто рублей за акцию. Кому не нравится, могут идти в сад и дальше к морю, чтобы ожидать появления Льва Моисеича с обещанным оборудованием. Мы законы не нарушили. Никто не виноват, что разбабахали парламент, вследствие чего инвестор передумал вкладываться в российскую промышленность. Читайте четче пункт о форс-мажоре, прописанный стандартным кеглем, а не мелкой сноской в жопе документа.

Пункт второй – нарисовался лишний полтос. Почему бы не надуть щеки шире плеч и не выкупить угнанный в Партенкирхене «рубь сорок новьё», чтобы ездить поперек всех улиц. Подпункт номер один – надо ехать в гаёвню оформлять лимузин. Второй подпункт – не обосраться, передав бабки раньше оформления сделки. Тачку скидывают ингуши от Федора, проверенного парня... Но это ингуши... Но от Федора... Злой ингуш ползет на берег, точит свой кинжал... Будем разбираться, откуда ползет и зачем... 

За «Буцефала» пучеглазый, поднявшийся на обналичке, чирик дает не глядя – это пункт номер три.

Ну и самый главный, четвертый пункт – с утра был в «Металлснабе», договорился о переезде в понедельник. Обкашляно от и до. Через пару часов будем договоры подписывать, печатями скреплять и обмывать. Сейчас сауну готовят для афтерпати!

С услышанным я согласился и вспомнил, что одет как прожженный ветеран алкобизнеса – кооперативные джинсы, турецкий свитер и китайская кожаная куртка. Костюм с галстуком остались дома. Переодеться!

Жорик хлопнул по спине: «Не парься! Пойдем не с пустыми руками, а с дензнаками в конверте! Будут рады любому прикиду, даже неформальному. Когда в руках тыща баксов, треники с майкой-алкашкой сойдут за фрачную пару! Пойдем, Афоня!»